Открывая ресторан в Парке Горького, Роман Бурцев сделал партнёрами бывших наёмных сотрудников. Через некоторое время ресторан перешёл созданному ими ООО. Пока предприниматель разбирается в суде, юристы объясняют, как миноритарию не потерять свою долю.

В марте 45-летний Роман Бурцев, совладелец ресторана «Лебединое озеро», помимо собственной воли перестал быть таковым. По его словам, дело было так. В 2008 году, будучи владельцем известного в столице ночного клуба «Солянка», он открыл в Парке Горького ещё одно заведение, которое рассматривалось как летняя резиденция «Солянки» — «Лебединое озеро». Новый ресторан, утверждает Бурцев, он профинансировал из своих средств, однако счёл нужным разделить бизнес с менеджерами, работавшими в «Солянке» по найму — хотел таким образом заинтересовать их в усердной работе. По 25% новоиспечённого ООО «Паребрик» Бурцев выделил себе и Матвею Вершигорову, по 10% — пятерым другим участникам. Совладельцы приняли устав и арендовали площадку у владельца ресторана «Времена года», располагавшегося в единственном здании на территории парка, которое парку не принадлежит. Двумя годами позже открыли по соседству ресторан «8 oz» (новое ООО получило название «Фонарный переулок», все хозяева «Лебединого» получили по 15%, один — 10%).

Вначале в «Лебедином» регулярно бывали все совладельцы, даже проводили там планёрки. В 2015 году «Солянка» закрылась — собственник отказался продлевать аренду. Бурцев оставил операционное управление «Лебединого озера» в руках друзей и занялся другими проектами. Ресторан процветал, совладельцы получали долю от прибыли. Постепенно партнёры открыли собственные компании по продаже воды, кофе, пива и десертов и перевели на них все поставки ресторана. С 2016 года дивиденды сократились вдвое — партнёры сообщили Бурцеву, что расходы увеличились. Тот поинтересовался, нельзя ли взглянуть на отчётность. Нельзя, ответили ему.

Одетта и Одилии

С этого момента диалоги между теперь уже бывшими друзьями перешли на официальный уровень, где и ведутся до сих пор. Бурцев запросил созыв общего собрания, ему отказали. Ему предложили выкупить долю за 10 млн руб. — сумму, равную недоплаченным на момент предполагаемой выплаты дивидендам. При этом предполагалось, что Бурцев выйдет из бизнеса немедленно, а деньги будет получать частями в течение десяти месяцев. Понимая, что дело может зайти далеко, Бурцев поговорил с арендодателем и попросил не участвовать в конфликте, но тот собрал всех и объявил, что окажет протекцию Матвею Вершигорову, поскольку дружен с его отцом (бывшим директором Парка Горького), рассказывает предприниматель.

В сентябре 2018 года Бурцев подал в суд, чтобы получить документы по сделкам ООО, и выиграл иск. Но документы ему отдавать не торопились. В ноябре прошёл аудит, обнаруживший нарушения, в частности крупную закупку «Лебединым озером» продовольствия, дальнейшая судьба которого не была задокументирована, и операции с аффилированными компаниями также без документов, говорит бизнесмен. Перед Новым годом долю Бурцева хотел выкупить его знакомый уже за 20 млн руб., но остальные совладельцы отказались вести переговоры. Бурцев обращался в правоохранительные органы с заявлением, но оно осталось без ответа.

В марте 2019 года, заглянув в ЕГРЮЛ, Бурцев увидел, что все активы «Паребрика» и «Фонарного переулка» отныне принадлежат ООО с говорящим названием «Новое», зарегистрированному по тому же адресу. В списке акционеров «Нового» он уже не значился — туда входили Вершигоров с 18% и Мария Таффс, менеджер «8 oz», которой принадлежало 82% бизнеса. Спустя месяц эти доли перешли другим владельцам «Лебединого озера», а ещё через некоторое время директором стал Вершигоров.

Впрочем, у каждого конфликта есть две стороны. Матвей Вершигоров, ныне генеральный директор «Лебединого озера», в разговоре с РБК не стал вдаваться в детали, но рассказал, что Бурцев вёл себя «неадекватно» и поэтому с ним решили расстаться. По его словам, дивиденды упали у всех просто потому, что выросли затраты; совладельцы устроили круглый стол с Бурцевым и предложили выкупить его долю, а он отказался. Согласно уставу ООО все решения принимаются большинством голосов. «Мы спокойно работаем на законных основаниях, — говорит Вершигоров. — Мы закончили совместную деятельность и пошли дальше своими дорогами». От встречи в присутствии корреспондента РБК, предложенной Бурцевым, Вершигоров отказался: «Это невозможно, Роман сильно оскорбил всех партнёров».

Дмитрий Сидоров, руководитель корпоративного направления Центра правового обслуживания, уверен, что в итоге суд признает решение собрания акционеров о переводе активов в ООО «Новое» недействительным. Однако произойти это может нескоро. Сам Бурцев считает, что в сложившейся ситуации виновата низкая культура ведения бизнеса в России: «Ещё недавно было принято так: встретились два друга, договорились вести дела и какой-то типовой документ из интернета скачали. При этом миноритарий оказывается абсолютно не защищён. Если у вас меньше чем 51%, вы не имеете права назначать гендиректора и, соответственно, контролировать исполнительные органы. И даже если вам присудили выдачу документов, вы их получите нескоро. Мы общаемся с приставами и видим: они просто думают, что все рассосётся, и не спешат исполнять судебные решения».

Истребование документов о деятельности общества в судебном порядке само по себе нельзя назвать эффективным способом получения актуальной информации, так как от момента подачи иска в суд до вынесения решения проходит от двух до шести месяцев, подтверждает Андрей Саунин, адвокат, партнёр международного центра защиты прав GlobalLaw. «А принудительное исполнение решения и вовсе может затянуться на годы», — добавляет юрист.

А денежки врозь

По признанию многих юристов, ситуация, когда «недружественный партнёр» переводит бизнес на другую компанию, — частое дело. «Если нет каких-либо документальных договорённостей, доказать недобросовестность такого лица непросто. Порой это можно сделать, только обвинив бывшего партнёра в совершении уголовного преступления», — говорит Руслан Маннапов, юрист юрфирмы «Ильяшев и партнеры».

Технически осуществить такую операцию несложно: если один из совладельцев бизнеса хочет самостоятельно открыть новое ООО, он вправе это сделать, не ставя никого в известность. Закон не требует согласия всех участников для принятия решения о передаче имущества компании другому лицу, если только требование о единогласном одобрении не включено в устав компании, предупреждает Мария Антипова, старший юрист юридической компании Integrites. «Даже если сделка крупная, то есть стоимость передаваемого имущества составляет 25% и более балансовой стоимости активов общества, — уточняет юрист. — Нередко компания при этом остаётся в предбанкротном состоянии».

Чаще всего пострадавшей оказывается сторона, передающая в совместный проект свои активы: деньги, оборудование, интеллектуальную собственность. «Стороны устно договариваются о своем функционале, регистрируют совместную компанию по шаблонным документам и передают в совместную компанию свои активы без надлежащего оформления. Тем самым бывший единоличный собственник активов совершает главную стратегическую ошибку», — поясняет управляющий партнёр юридической компании V&P LEGAL Юрий Воловиков.

Юрист рассказывает историю одного из своих клиентов — ИП, который десять лет назад создал бизнес по производству товаров народного потребления. За несколько лет предприниматель вышел на прибыль 5 млн руб. в год. Нашёл потенциального партнёра, который обещал управлять его бизнесом, представил маркетинговые планы, обязался продвигать его продукцию в крупных торговых сетях и даже готов был дать деньги на развитие. Подразумевалось, что ИП вносит свои активы в имущество компании и получает 50% бизнеса, остальные 50% вносит партнёр и получает возможность управлять совместной компанией на благо обеих сторон.

«Риски подобной схемы без надлежащего оформления очень велики, — комментирует Юрий Воловиков. — Вероятность, что ИП, который внёс в общее дело свои активы, в дальнейшем лишится своего бизнеса, стремится к 100%. Поскольку, несмотря на кажущееся равноправие сторон, он лишался своей собственности. Кроме того, право управлять совместной компанией получал его партнёр, который, согласно шаблонным документам, вносил в уставный капитал 100 тыс. руб. и взамен получал 50% компании, а также полномочия генерального директора». Как выяснилось, предприниматель не осознавал, что участие в компании не даёт ему права на операционное управление ею. Он полагал, что функции генерального директора — лишь формальность. Однако с точки зрения закона это было не так. Согласно документам, ИП переставал быть собственником своего бизнеса, терял возможность управлять им, а его партнёр получал в управление прибыльную компанию и мог распоряжаться активом без оглядки на мнение совладельца.

«Самое интересное то, что согласно закону и шаблонным документам новой компании назначение генерального директора и прекращение его полномочий осуществляется большинством голосов учредителей, — говорит Воловиков. — Это означает, что ИП, имея 50% голосов, не мог самостоятельно принимать решения о смене генерального директора, для этого требовались голоса «за» со стороны другого участника проекта, у которого также было 50%». Иными словами, при разногласиях контроль над бизнесом гарантированно оставался у партнёра, имеющего полномочия гендиректора. В ситуации конфликта ИП мог лишь пассивно наблюдать за тем, как его имуществом распоряжается недобросовестный партнёр.

«Основная проблема большинства предпринимателей — неистовое желание договориться по-пацански, без дальнейшего документального оформления, — говорит адвокат Андрей Саунин, партнёр центра защиты прав GlobalLaw. — Другая не менее опасная привычка — пускать бизнес на самоуправление без эффективного контроля за директором или управляющим партнёром». Он рассказывает об одном из своих клиентов: создатель бизнеса привлёк шестерых инвесторов, передал каждому по 14,28% в уставном капитале и столько же оставил себе. «Основатель считал, что не потеряет контроль над ООО, поскольку четверо из шести — его близкие друзья. Но случилось иначе, и от полного банкротства его спасло только то, что ему принадлежали права на товарный знак» — рассказывает Саунин.

Как не остаться без доли в бизнесе

  1. Тщательно изучите устав ООО, который собираетесь принять. Закон предусматривает возможность значительных коррективов под конкретную ситуацию. Если вы только инвестор, но не гендиректор, проследите, чтобы в устав был включён пункт, что отчуждение ключевых активов должно быть одобрено квалифицированным большинством голосов участников или единогласно. Предусмотрите механизмы продажи своей доли по определённой цене в случае несогласия с решением большинства.
  2. 3аключите соглашение об осуществлении прав участников, оно же — корпоративный договор. В нем нужно предусмотреть:

а) стандарты неконкуренции с обществом или с каждым из партнёров;

б) сроки и порядок раскрытия информации и документов об оперативной деятельности общества; центры компетенций каждого из партнёров (кто и за что отвечает);

в) минимальные требования для наёмного директора; порядок и сроки распределения дивидендов;

г) правила выхода общества из ситуации дедлока, когда в силу распределения долей ни один из партнёров не может продавить своё решение без согласия других партнёров;

д) условия для продажи долей в обществе при продаже бизнеса;

е) штрафы за нарушение каждого правила партнёром.

  1. Регулярно изучайте отчётные документы компании и официальные сведения о ней на сайтах госсервисов. Отслеживайте сервисы ФНС на предмет создания партнёрами и менеджментом своих бизнесов.
  2. Присутствуйте на собраниях общества, хотя бы на тех, где обсуждаются вопросы отчуждения имущества. А лучше на всех.
  3. Вносите изменения в устав или корпоративный договор, если того требуют обстоятельства.
  4. Не полагайтесь на дружбу. Ни в коем случае.

(Андрей Саунин, адвокат, партнер международного центра защиты прав GlobalLaw, Руслан Маннапов, юрист международной юрфирмы «Ильяшев и партнёры»)

Строго по уставу

«Главный совет при организации бизнеса — не пожалейте времени и денег, составьте уставные и другие необходимые документы, получите квалифицированную консультацию, сами вникните во все и изучите досконально. И обязательно зафиксируйте юридически все устные договоренности с партнёрами», — советует наученный горьким опытом Бурцев.

«Юрист в начале обходится гораздо дешевле, чем юрист в конце», — подчёркивает Дмитрий Сидоров. Чтобы снизить риск, помимо устава надо заключить соглашение об осуществлении прав участников, оно же корпоративный договор, которое намного шире устава. «Самое важное в нем — это путь выхода из дедлока, то есть тупиковой ситуации. Обычно это выкуп доли по определённой цене или формуле», — поясняет он.

Относительно новая конструкция в корпоративном праве — опционы. Опционное соглашение на случай возможного дедлока регистрируется у нотариуса, и если в определённый момент стороны не могут договориться, ему дают ход. «Вы приходите к нотариусу, показываете договор и предоставляете подтверждение, что это ситуация, которую вы заранее описали, — рассказывает Сидоров. — Нотариус просто подаёт документы в налоговую — и все, участник больше не участник, вы выкупили его долю и перечислили ему на расчётный счёт оговорённую сумму». Список возможных дедлоков поможет составить специалист по корпоративному праву. Это может быть, например, отказ в созыве собрания более двух раз или неудачные попытки решить конкретный вопрос на двух собраниях подряд.

Главное — не просто задекларировать права партнёров, а прописать чёткие алгоритмы действий в той или иной ситуации с конкретными мерами ответственности: что происходит, если один или несколько партнёров отклоняются в своих действиях от ранее согласованных условий, поясняет Саунин. «Наказание должно быть таким же суровым, как в Уголовном кодексе, чтобы даже мысли не возникало», — говорит юрист. Вместе с тем, напоминает он, отношения в бизнесе, как и в жизни, редко бывают монолитными: они меняются — развиваются или разрушаются. Время от времени нужно вносить изменения в составленные документы.

«Нужно контролировать деятельность своих партнёров и пользоваться всеми правами участников корпорации, предоставленными законом, — говорит Юрий Воловиков. — В частности, мониторить активы компании в открытых источниках. Сведения из ЕГРЮЛ и реестра прав на недвижимое имущество, сведения о банкротстве компаний, о заложенном движимом имуществе, о судебных делах в арбитражных судах и судах общей юрисдикции открыты и общедоступны». Хотя бы раз в месяц стоит просматривать в интернете всю информацию о своих компаниях по указанным реестрам, советует юрист.

Но даже если механизм разрешения конфликтов заранее не разработан, в первую очередь нужно попытаться договориться, говорит Маннапов. «Если переговоры зашли в тупик, и партнёр игнорирует любые попытки договориться, остаётся лишь идти в суд с требованием об исключении «врага» из состава участников. Однако положительных кейсов такого рода довольно мало. Вот почему аргументы для исключения неугодного партнёра должны действительно подтверждать грубое нарушение им своих обязанностей», — комментирует он.

Дарья Сальникова

Источник

 

Читайте также: От работы по найму с зарплатой 9 тысяч рублей до собственного бизнеса с выручкой в 350 млн рублей 

Подписывайтесь на Деловой Донбасс в социальных сетях: Вконтакте, Однокласники, Фейсбук, Вайбер, Телеграм

Для добавления комментария авторизируйтесь через социальную сеть или укажите имя и email. После модерации, комментарий будет добавлен.

Присоединяйтесь к нам

Популярное

  • За неделю

  • За месяц

  • Все